Доклад

09 АВГ. 2023

Альтернативный доклад в Комитет ООН по экономическим, социальным и культурным правам

09 АВГ. 2023

Ирганай (фото: Ильяс Хаджи / Медиазона)

4 августа Центр защиты прав человека «Мемориал» и экологическая общественная организация «Экозащита» направили альтернативный доклад в Комитет ООН по экономическим, социальным и культурным правам в ответ на 7-й Периодический доклад Российской Федерации. 
Авторы доклада осветили вопросы дискриминации, торговли людьми, нарушения прав на жилище, права на здоровье сельских жителей Дагестана, изменения климата, отсутствия доступа к образованию для детей беженцев и трудовых мигрантов, трудовые и другие ограничения для представителей религиозных меньшинств.
Центр «Мемориал» и «Экозащита» обращают внимание Комитета ООН на нарушение целого ряда статей Международный пакта об экономических, социальных и культурных правах, который Россия ратифицировала в 1973 году.
Ниже — перевод доклада. Версию на английском языке можно прочитать здесь:

Alternative report for the review of Russia to the CESCR submitted by Memorial and Ecodefence

Статья 3. Право на равенство

В Заключительных замечаниях по шестому докладу Российской Федерации Комитет отметил распространенность в обществе стигмы и дискриминации, в частности, по признаку сексуальной ориентации и гендерной идентичности, и призвал правительство бороться с этим явлением. Комитет также подчеркнул социально незащищённое положение женщин в России и призвал устранить все проявления дискриминации в отношении них.
Женщины и представители ЛГБТИК+ на Северном Кавказе часто подвергаются дискриминации при реализации своих социальных и культурных прав. Они вынуждены подчиняться местным традициям, иначе могут подвергнуться насилию, в том числе и убийствам чести. Власти часто не расследуют такие случаи, ссылаясь на местную традицию невмешательства в семейные дела или необходимость следовать «традиционным ценностям».
Власти часто интерпретируют традиции таким образом, чтобы поддерживать дискриминацию и насилие в отношении женщин. На Северном Кавказе они часто подвергаются насильственным действиям — принудительные браки и похищение невест, женское обрезание, насильственное разлучение со своими детьми в случае развода. На женщин, особенно на молодых девушек, также оказывается давление, чтобы они вернулись из зарубежных стран, чтобы жить в «традиционных отношениях» на Северном Кавказе. Все эти практики негативно сказываются на социальном статусе женщин на Северном Кавказе, который часто считается ниже, чем у мужчин. Женщины часто лишены свободы выбора своего образа жизни, культурных ценностей, образования и работы.
Что касается представителей ЛГБТИК+, то для них совершенно невозможно выразить свою идентичность из-за высокого риска стать жертвой убийств чести и различных форм насилия — похищение, незаконное задержание и ложные обвинения в преступной деятельности. Традиционные социальные нормы в северокавказских регионах России оправдывают насилие в отношении представителей ЛГБТИК+, включая пытки и убийства. Широко распространены клиники конверсионной терапии, где жертв подвергают физическому и психологическому насилию и куда их сдают собственные родственники. Власти не борются с этими негативными практиками и часто поддерживают их разжигающими ненависть высказываниями в адрес представителей ЛГБТИК+ и необходимостью следовать так называемым «традиционным ценностям».

Статья 6. Право на труд

В Заключительных замечаниях Комитет также выразил озабоченность по поводу социальной стигматизации и дискриминации в отношении различных меньшинств в контексте социальных и экономических прав.
Около десяти лет назад власти Дагестана начали практику массового «профилактического учёта» — ведения списка лиц, подозреваемых в «склонности к экстремизму». Этот реестр в первую очередь используется против представителей религиозных меньшинств, исповедующих ислам, особенно салафитов. Под удар попадают и другие лица, придерживающиеся глубоких исламских традиций, например, женщины, предпочитающие носить никаб. По некоторым данным, к марту 2016 года в реестр было включено более 15 000 человек, а также их личные данные. Конкретные критерии включения в реестр не разглашаются. Более того, власти отрицают существование этого реестра, несмотря на серьезные доказательства обратного. По этой причине не существует формальных механизмов или средств судебной защиты для исключения из списка.
Включение в реестр влечет за собой целый ряд серьёзных последствий, которые, среди прочего, сильно влияют на возможность трудоустройства. Многие работодатели не решаются нанимать лиц, связанных с экстремизмом, независимо от достоверности списка. Это создает существенные препятствия для поиска стабильной работы, часто вынуждая перечисленных лиц оказаться в неустойчивом экономическом положении. Для тех, кто уже работает, продвижение по карьерной лестнице становится значительно ограниченным. Стигматизация в реестре может привести к уменьшению возможностей для продвижения по службе, повышения или горизонтального перемещения на другие должности в организации.
Кроме того, включенные в перечень лица сталкиваются со стигматизацией в своих общинах и в обществе в целом. Ассоциация с экстремизмом, даже если она необоснованна, может привести к изоляции, напряженным социальным отношениям и дискриминации. Это также влияет на семейные и социальные отношения. 

Статья 7. Право на справедливые и благоприятные условия труда

Еще одна озабоченность, выраженная Комитетом в Заключительных замечаниях, касается недостаточной реакции российских властей на практику эксплуатации на рынке труда и условия работы трудящихся-мигрантов. Комитет также отметил отсутствие всеобъемлющего антидискриминационного законодательства в России.
С тех пор отмеченные проблемы стали еще более острыми и широко распространенными. Согласно Глобальному индексу рабства от 2023 года, Россия занимает восьмое место в мире по распространенности современного рабства — на каждую тысячу человек приходится 13 лиц, находящихся в состоянии рабства. Жертвами обычно являются женщины и девочки, а также трудовые мигранты из Средней Азии. Насилие и ужасные условия труда и жизни являются неотъемлемым элементом такой практики эксплуатации. Дети женщин, ставших жертвами торговли людьми, также, вероятно, пострадают и сами подвергнутся повышенному риску стать жертвами торговли людьми. Тем не менее, в последнем периодическом отчете российского правительства не указывается, что какие-либо конкретные меры для решения этой проблемы предприняты. Бездействие властей по-прежнему вызывает серьезную озабоченность.
Во-первых, соответствующее российское уголовное законодательство не соответствует основным международным стандартам, что позволяет преступникам оставаться безнаказанными. В статьях 127.1 и 127.2 Уголовного кодекса, касающихся торговли людьми и принудительного труда, отсутствует упоминание средств — угрозы, силы или принуждения — как составляющего элемента торговли людьми, что противоречит международным требованиям, в том числе Палермскому протоколу, ратифицированному Россией в 2004 году. Как следствие, правоохранительные органы сталкиваются с трудностями в выявлении и рассмотрении случаев трудовой эксплуатации. Кроме того, законы не учитывают вопрос о недействительном согласии потерпевших, поскольку они связывают его исключительно с физическим принуждением. Это приводит к систематическому рассмотрению согласия, данного, например, под принуждением, как действительного и, следовательно, как фактора, освобождающего виновных от ответственности.
Кроме того, не было принято никакого национального плана действий или всеобъемлющего рамочного законодательства по борьбе с торговлей людьми и другими формами трудовой эксплуатации. Не были введены и рамочные антидискриминационные нормы. Кроме того, отсутствует надлежащая подготовка сотрудников правоохранительных органов, занимающихся борьбой с трудовой эксплуатацией.
Власти никогда не привлекали специализированные НПО или других представителей гражданского общества к работе с трудовой эксплуатацией. Наоборот, они еще больше усложнили работу таких организаций, объявив их «иностранными агентами», и фактически криминализировали помощь иностранцам, имеющим статус незаконных мигрантов (ст. 322.1 УК). В настоящее время предоставление убежища или материальной помощи лицам, которые находятся в России нелегально, является преступлением. 
Учитывая вышеуказанные недостатки, расследование торговли людьми и других форм эксплуатации — неэффективно. Согласно официальной статистике, с 2018 по середину 2022 ежегодно около шестнадцати человек судят за торговлю людьми и двоих — за привлечение к принудительному труду. Большинство обвинительных приговоров не касаются случаев эксплуатации мигрантов. 

Статья 11. Право на достаточное жилище

Комитет заявлял, что общее ухудшение жилищных условий из-за действий властей и отсутствие сопутствующих компенсационных мер несовместимо с обязательствами по Пакту. Российская Федерация нарушила это право в отношении жителей села Ирганай в Дагестане, которые уже 14 лет ждут компенсацию за потерю жилья.
С 1970-х годов власти строили в этом селе водохранилище. Согласно постановлению правительства Дагестана № 222 от 23 ноября 1998 года, глубина воды должна была составлять 535 метров. Однако 8 апреля 2008 года Правительство Республики Дагестан постановлением № 109 изменило уровень заполнения водохранилища с 535 до 547 метров. Этот указ не был опубликован, а жителей не проинформировали о нем. Из-за этого село Ирганай было затоплено, и люди были вынуждены покинуть свои дома и земли. Всего от наводнения пострадало 10 000 человек.
В 2014 году власти Дагестана не смогли должным образом заполнить бюджетную заявку на получение компенсаций сельчанам и бездействовали до 2020 года, несмотря на жалобы жителей. 26 июля 2021 года Пресненский районный суд Москвы отказался признать незаконным бездействие властей. 25 марта 2022 года Мосгорсуд отменил это решение и признал бездействие правительства Дагестана незаконным. Кассационная инстанция оставила это решение в силе.
В феврале 2023 года власти Дагестана заполнили новую бюджетную заявку на компенсацию. Однако 5 мая 2023 года Минэкономразвития ответило, что на плановый период 2024 и 2025 годов бюджет распределен, и выплаты компенсаций сельчанам не предусмотрены. Когда будет выплачена компенсация и восстановлены права сельчан, пока неизвестно.

Статья 12. Право на здоровье

Право каждого человека на наивысший достижимый уровень здоровья требует от государства принятия мер против экологического и производственного вреда для здоровья. Жители села Комсомольское Кизилюртовского района Дагестана лишены этого права.
Уже более 15 лет они страдают из-за пыли с близлежащих щебневых карьеров, а власти Дагестана не реагируют на жалобы. Рядом с этим селом расположено около 30 карьеров, а щебень из карьеров грузовики возят через этот поселок в непосредственной близости от жилых домов. Из-за этого уровень загрязнения атмосферного воздуха пылью и гарью в поселке многократно превышает норму — невозможно дышать, выходить на улицу, гулять с детьми, что негативно сказывается на здоровье жителей. В селе Комсомольском, которое является лидером по заболеваемости туберкулезом в Дагестане, многие жители также болеют бронхиальной астмой и раком.
В 2010 и 2013 годах Роспотребнадзор обследовал территорию и пришел к выводу, что уровень шума превышает норму, а уровень производственной пыли превышает норму в 53-157 раз. В Роспотребнадзоре заявили, что единственным решением этой проблемы будет перекрытие дороги и строительство новой вокруг поселка.
7 февраля 2011 года Кизилюртовский районный суд пришел к выводу, что сельская и районная администрации не осуществляли должным образом эксплуатацию и контроль за дорогой, и постановил приостановить использование дороги до последующей оценки ее технического состояния. После этого дорогу отремонтировали, но ситуация и заболеваемость туберкулезом не улучшились. В настоящее время дорога эксплуатируется, новая дорога не построена, а люди продолжают страдать. Власти продолжают откладывать рассмотрение строительства новой дороги с 2020 на 2030 год из-за больших финансовых затрат.
В Заключительных замечаниях Комитет выразил обеспокоенность тем, что процесс изменения климата может повлиять на реализацию экономических, социальных и культурных лиц, проживающих в России. Комитет рекомендовал России активизировать свои усилия по сокращению выбросов парниковых газов и установить национальные целевые показатели с указанием сроков. Комитет также подчеркнул воздействие на коренные народы, в частности, выдачу лицензий на добычу полезных ископаемых без надлежащей социальной, экологической и правозащитной оценки.
Однако в своем седьмом периодическом докладе, представленном Россией в 2022 году, вопросы изменения климата и политики в отношении ископаемого топлива Россией вообще не затрагивались. Россия является первым по величине источником выбросов парниковых газов в Европе и четвертым в мире. Поэтому мы хотели бы обратить внимание Комитета на тот факт, что Россия не принимает достаточных мер по сокращению выбросов парниковых газов для защиты человеческой жизни и здоровья, что ведёт к последствиям, нарушающим статью 12 Пакта. 
В конце 2020 года Президент подписал Указ № 666 «О сокращении выбросов парниковых газов». Через год Постановлением Правительства № 3052-р от 29 октября 2021 года была принята Стратегия социально-экономического развития Российской Федерации с низким уровнем выбросов парниковых газов на период до 2050 года. Эти два документа представляют ключевой ориентир в области регулирования выбросов парниковых газов для органов государственной власти.
По данным Climate Action Tracker, национальная цель по сокращению выбросов парниковых газов для России к 2030 года — 968 млн тонн СО2-экв (что составляет 31% ее выбросов в 1990 году) и 157 млн тонн СО2 в 2050 году (что составляет 5% ее выбросов в 1990 году). Однако текущая стратегия России в отношении выбросов парниковых газов предусматривает увеличение выбросов с 2119 млн тонн СО2 в 2019 году до 2212 млн тонн СО2 в 2030 году. Выбросы останутся на высоком уровне (1830 млн тонн CO2) и в 2050 году. Этими выбросами Россия может поспособствовать повышению средней температуры к 2100 году на 4°C по сравнению с доиндустриальной глобальной средней температурой, что более чем вдвое превышает цель Парижского соглашения.
В сентябре 2021 года в Верховный суд России было подано первое в истории климатическое дело в России с требованием к российским властям принять меры по сокращению выбросов парниковых газов, необходимых для удержания роста средней глобальной температуры на уровне 1,5 °C выше доиндустриального уровня в целях защиты жизни и здоровья населения. В число заявителей по этому делу входят отдельные граждане России, принадлежащие к коренным народам саамы, ительманы и удэгейцы. Судья Верховного суда в упрощенном порядке отклонил заявление, посчитав, что права истцов не были затронуты. В декабре 2022 года и мае 2023 года отказ засилили в двух апелляционных судах.

Статья 13. Право на образование

В своем докладе Российская Федерация заявила, что Конституция и федеральное законодательство гарантируют право каждого на образование. Однако дети беженцев и трудовых мигрантов, как легально находящиеся в России, так и имеющие неурегулированный миграционный статус, зачастую не имеют доступа к дошкольному и школьному образованию. В частности, дети беженцев и трудовых мигрантов из Афганистана, Сирии, Демократической Республики Конго, Камеруна, Узбекистана и Таджикистана незаконно лишены доступа в школы и детские сады из-за отсутствия у них миграционного учета или неурегулированного миграционного статуса их родителей. Кроме того, в образовательные учреждения не могут попасть украинцы, недавно получившие российское гражданство, но не имеющие возможности официально зарегистрироваться по месту жительства — собственники съемных квартир часто отказываются регистрировать своих жильцов.
Еще одной распространенной и незаконной причиной отказа в приеме в учебные заведения является недостаточное знание русского языка. Эти отказы не имеют правового основания, а невозможность учиться наносит ущерб будущему детей и общества в целом. Отсутствие доступа к образованию приводит к резкому снижению шансов детей на полноценную и благополучную жизнь в будущем.
Прокуратура отказывается привлекать директоров школ и Департамент образования к административной ответственности и восстанавливать права детей на образование. В таких случаях люди вынуждены обращаться в суд, что увеличивает срок отсутствия у ребенка образования. К моменту получения судебного решения ребенок нередко достигает совершеннолетия или (в вопросах устройства в детские сады) достигает школьного возраста.

Вопросы к Российской Федерации

Авторы доклада просят Комитет адресовать следующие вопросы Российской Федерации:
  • Какие меры принимает Российская Федерация для борьбы с дискриминацией женщин и ЛГБТИК+ на Северном Кавказе при реализации их социальных и культурных прав?
  • Какие меры принимает Российская Федерация для обеспечения права на здоровье и права на достаточное жилище в Дагестане?
  • Когда в Российской Федерации будут приняты меры против производственного вреда, охране окружающей среды и здоровья в поселке Комсомольское? Когда построят новую дорогу?
  • Когда Российская Федерация выплатит компенсацию жителям поселка Ирганай в Дагестане, пострадавшим от наводнения, вызванного строительством водохранилища?
  • Как отказ в доступе к образованию для детей беженцев и трудовых мигрантов соотносится с обязательствами России по Пакту, в частности со статьей 13?
  • Сколько детей беженцев и трудовых мигрантов не имеют доступа к детским садам и начальному образованию из-за отсутствия регистрации или недостаточного знания русского языка?
  • Какие меры принимает Российская Федерация для борьбы с торговлей людьми и принудительным трудом? Когда будет принят соответствующий национальный план действий и рамочное законодательство?
  • Соответствует ли российское уголовное законодательство о принудительном труде международному праву, в частности Палермскому протоколу, ратифицированному Российской Федерацией?
  • Обеспечены ли правоохранительные органы достаточной подготовкой в контексте борьбы с принудительным трудом? Существуют ли адекватные механизмы сотрудничества между органами власти?
  • Ввели ли и ведут ли местные органы власти в Дагестане специальный реестр подозреваемых в экстремизме? Если нет, то какие юридические основания допускают ограничения, связанные с работой, и другие ограничения, такие как регулярные полицейские проверки, в отношении представителей салафитской общины и других религиозных меньшинств?
  • Планирует ли правительство активизировать свои усилия по сокращению выбросов ПГ, чтобы установить более амбициозные, научно обоснованные национальные цели с привязанными к срокам контрольными показателями, способными защитить жизнь и здоровье людей?

Поделиться в социальных сетях