Материалы сюжета «Дело ингушской оппозиции»

Посмотреть сюжет

«Какой-то сюр»: что происходило на суде по «ингушскому делу»

22 МАР. 2023

Сегодня в Пятигорске Ставропольский краевой суд продолжил рассматривать апелляционную жалобу на приговор по делу лидеров ингушской оппозиции.

Preview Image

На прошлом заседании судья отложил рассмотрение из-за отсутствия большинства адвокатов.

Также судья вынес постановление о назначении каждому из осужденных государственных защитников, чтобы не прерывать процесс, если снова не явятся защитники по соглашению.

Об «ингушском деле»

27 марта 2019 года в Магасе состоялся разгон митинга против изменения административной границы с Чечнёй. Он стал началом репрессий в отношении ингушской оппозиции. В результате против сотен участников народного протеста возбудили административные дела, против десятков — уголовные.

В декабре 2021 Кисловодский городской суд на выездном заседании в Ессентуках приговорил к срокам от 7,5 до 9 лет лишения свободы:

— Малсага Ужахова — председателя Совета тейпов ингушского народа;
— члена этого Совета Ахмеда Барахоева;
— Зарифу Саутиеву — бывшую заместительницу директора республиканского «Мемориального комплекса жертвам репрессий»;
— Мусу Мальсагова — председателя ингушского отделения «Российского красного креста»;
— Исмаила Нальгиева — главу организации «Выбор Ингушетии», занимающейся наблюдением на выборах;
— Багаудина Хаутиева — главу Совета молодежных организаций Ингушетии;
— Бараха Чемурзиева — председателя общественного объединения «Опора Ингушетии».

Их признали виновными в применении насилия к представителям власти (ст. 318 УК), создании экстремистского сообщества (ст. 282.1 УК) и участии в нем.

Малсага Ужахова также осудили за создание организации, побуждающей граждан к совершению противоправных деяний (ч. 2 ст. 239), а Ахмеда Барахоева — за участие в ней (ч. 3 ст. 239 УК).

Дело восьмого участника процесса, Ахмеда Погорова, выделили в отдельное производство.

Над делом работали 13 адвокатов и семь общественных защитников. По их мнению, все обвинения носили декларативный характер. В обвинительном заключении часто использовались слова «вероятно», «предположительно», «может быть», а слово «примерно» использовано 11 тысяч раз.

С января 2023 Ставропольский краевой суд в Пятигорске рассматривает апелляционную жалобу осужденных.

Подробно о преследовании мы рассказывали в материале: «Одно из самых массовых политических дел в истории России».  

Как шло заседание 23 марта

С начала заседания на суде находились адвокаты по назначению. Судья спросил осужденных, согласны ли они с тем, что им дополнительно назначили государственных защитников. Подсудимые сказали, что в данный момент в них не нуждаются и передали суду текст общего заявления. В нем они отказались от общения с адвокатами по назначению, запретили защищать их интересы или имитировать защиту. Защитники по соглашению поддержали позицию подзащитных.

Они заявили, что у суда не было оснований выносить постановление о назначении государственных защитников, так как на прошлом заседании адвокаты по соглашению отсутствовали по уважительным причинам. Более того, суд сам нарушил установленный регламент — изначально приняли решение проводить заседания суда по пятницам, а прошлое назначили на понедельник.

Согласно требованиям Федеральной палаты адвокатов (ФПА), защитники-дублёры не могут участвовать без постановления, в котором указано, что адвокаты по соглашению дезорганизуют процесс. А суд такого постановления не вынес. Представитель государственного обвинения возразил против отвода государственных защитников.

Комментарий защитника по назначению Калоя Ахильгова:

Суд изначально знал, что назначает заседание на тот день, когда адвокаты по соглашению не смогут явиться. Заседание перенесли с пятницы на понедельник, адвокаты не явились, и суд назначил государственных защитников — даже тем подсудимым, чьи адвокаты были в зале.

Для чего делается «скамейка запасных» адвокатов: в случае, если кто-то из адвокатов по соглашению не сможет явиться, представив обоснованные документами доводы об уважительных причинах, например, о болезни — то суд спокойно сможет продолжить заседание.

Скажут, что у подсудимого есть адвокат по назначению, его процессуальное право на защиту не нарушено, соответственно судебное заседание можно продолжить, не откладывая его, пока не явится адвокат по соглашению.

Это главная и единственная цель всего этого спектакля, из-за которого суд затянул процесс. Суд дал адвокатам по назначению месяц на то, чтобы они ознакомились с материалами дела. Они расписались в том, что ознакомились, хотя с таким количеством материала не могли сделать это физически. Эти факты также говорят о том, что адвокаты были заранее подготовлены и «подмахнули» судье в этой части.

Ходатайство подсудимых поддержали все адвокаты по назначению и попросили их отвести. Судья Александр Духин отказал в отводе адвокатов по назначению.

Адвокат Башир Точиев заявил отвод судье. Заявление подписали все присутствующие адвокаты и защитники. Основная претензия адвокатов к председательствующему судье — его необъективность и некомпетентность. Суд отказал в удовлетворении отвода. При отказе суд огласил только резолютивную часть. Таким образом мотивировка суда осталась непонятна — почему он не согласен с заявлением адвокатов.

«Мы уже привыкли, что суд делает вид, что ничего не происходит, при этом требует от адвокатов соблюдения уголовного законодательства, — говорит Калой Ахильгов. — В этой части даже комментировать не хочу, потому что какой-то сюр происходит. Даже адвокаты по назначению поддержали заявление об их отводе, а суд все-равно отказал в этом ходатайстве».

Адвокаты по соглашению предложили адвокатам по назначению самоустраниться из процесса. Суд снял рассмотрение этого предложения.

Обвиняемый Барах Чемурзиев заявил ходатайство о возвращении дела в первую инстанцию в связи с тем, что ему не предоставили жалобы других обвиняемых и адвокатов. Все адвокаты поддержали ходатайство Чемурзиева.

Судья объявил перерыв до 7 апреля.

«Что для нас было странным — судья не разъяснил права и обязанности адвокатов, в том числе их право на отвод, что является процессуальным нарушением,  — отмечает Ахильгов. — Судья упускает такие моменты, как например то, что адвокатам и подсудимым не вручили возражение на апелляционные жалобы со стороны прокуроров».

По сути своей это прямое нарушение уголовно–процессуального законодательства, но судья не знает этого сам как должен, а узнает это от подсудимого.

Калой Ахильгов

Поделиться в социальных сетях